 |
Ему в этом отношении явно повезло. Это еще объяснялось и тем, что допрошлого года, когда Бочерч стал партнером..
Итак, она объявила, что может предоставить мне комнату, если я уплачу занеделю вперед, и мне пришлось тут же раскошелиться, иначе она не пустилабы меня на порог...
Этот вопрос стал для них главным.Наконец Эмиль тоже вздохнул, и правая его рука, покинув подлокотник кожаного кресла, ощупью потянулась во внутренний карман пиджака...
Смотрите также:
Николай Тарасенко. Виртуальный литературно - мемориальный музей А. С. Грина
Жизнь и творчество Александра Грина
Большая советская энциклопедия
Мечта - могучая творящая сила (По повести-феерии А. Грина "Алые паруса")
Черты романтизма в одном из произведений русской литературы XX века
Вы читаете «По закону», страница 10 (прочитано 18%)
«Слепой Дей Канет», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Состязание в Лиссе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белый шар», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Слабость Даниэля Хортона», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Баталист Шуан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Судьба, взятая за рога», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Таинственная пластинка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Возвращенный ад», закладка на странице 10 (прочитано 43%)
«Гранька и его сын», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ерошка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Земля и вода», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Капитан Дюк», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Львиный удар», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Наказание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Охота на хулигана», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Покаянная рукопись», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Блистающий мир», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Золотая цепь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Наконец он приближался к миру неутомимого раскаленного движения, о
котором мечтал все эти три года. Он вдыхал запахи угля, морской воды и
особым, имеющий тайную прелесть запах прокаленных ветром и солнцем парусных
судов, кузова которых, рядом, как затылки солдатской шеренги, теснились у
набережной, немного ниже ее, открывая беспорядок палуб. Дальше порт отходил
вправо в бухту каменными затонами молов, у концов которых дымились трубы
пароходов; там же сквозь изменчивый в тумане и пыли цвет пространства
поднимались на воздух, как бы перелетая, бочки и кучи ящиков; цепь крана,
схватившую их, глаз не замечал сразу, почему казалось, что материл получила
самостоятельное движение. По воздушной железной дороге, временами скрывая
эту картину, тянулись груженные хлопком платформы. Было такое впечатление у
Детерви, что вся эта громада судов, заслоняющих своими мачтами и трубами
друг друга так, что тянулись по набережной целые улицы снастей, дымит
трубами от нетерпения сойти с места и плыть в страну далей.
Детерви сидел в кресле. Его ноги были окутаны пледом. Кресло с
колесиками, когда его поставили на мостовую, катилось довольно легко,
поэтому двое рабочих катили, а двое шли сзади, затем сменяли тех, кто толкал
кресло. Прохожие взглядывали на Детерви, и он отвечал им взглядом,
говорящим: "Да, ходить не могу". Женщины, соболезнующие, подняв брови,
перешептывались на его счет, двое-трое мальчишек шли некоторое время сзади,
но отстали.
Меж тем настало полное утро и пламенно улыбнулось. Яркий, живой блеск
заиграл в воде. За зданиями пакгаузов, при повороте Детерви увидел
"Эквадор".
Он вспомнил тогда Гулливера и лилипутов. Корабль, размеры которого глаз
мог охватить только на отдалении, стоял стеной между ним и остальной
гаванью. По длине, высоко громоздящейся над мостовой и, казалось,
достигавшей домов порта, мог продвинуться целый небольшой пароход. У сходен,
ведших вверх, как на башню, шествие остановилось. Здесь, в густой толпе,
хлопочущей среди гор ящиков и багажа, Детерви затерялся. Устав, он посмотрел
вверх.
Среди труб вилась тонкая струя белого пара. Она выровнялась, потекла
прямо вверх, приняла форму долгого, белого взрыва, метнувшегося под облака,
и начала песнь, от которой все померкло, все стало тихим и малым. Некоторое
время не было совершенно слышно никаких звуков, как на улице
кинематографического экрана, кроме волн победоносного гула, разрывающего
пространство. Померкли мысли, дыхание, цвета и предметы; и тот же ужасный
рев ревел в самой груди слушающих.
И вне себя от восторга, от счастья видеть и слышать переполняющую его
силу, Детерви, весь зазвучав сам, встал со своего кресла. Вначале он не
чувствовал ног, как бы летя на месте, но скоро по онемевшим суставам прошли
холодными иглами мурашки.
Тем временем:
...
- Кто это?
- Эванс.
- Мистера Лейси сейчас нет, мистер Эванс. Вы договаривались о звонке? -
она ответила на мой вопрос двумя, и мне это не понравилось. Я
поинтересовался:
- Вы миссис Лейси?
- Да, я миссис Лейси, - мне показалось, что ее голос напряжен, хотя
встречаются люди, которые всегда говорят такими голосами.
- Я по делу. Когда он вернется?
- Точно не знаю. Наверное, позже вечером. Что...?
- Где вы живете, миссис Лейси?
- В... в Болл Сейдж, примерно две мили западнее поселка. Вы звоните из
поселка? Вы...?
- Я перезвоню через час, миссис Лейси. - И я повесил трубку.
В противоположной углу за маленьким столом смуглая девушка в брюках
что-то писала в регистрационном журнале. Она улыбнулась и спросила:
- Как вам нравятся горы?
- О, они выше всяких похвал.
- Здесь очень тихо и спокойно, - заметила она,
- Согласен. Знаете Фреда Лейси?
- Лейси? Да, они только что поставили телефон. Лейси купили Болдуина,
который пустовал два года. Они живут на краю Болл Сейдж Пойнта в большом
доме на высоком обрыве над озером. Из дома открывается прекрасный вид на
озеро. Вы знаете мистера Лейси?
- Нет, - ответил я и вышел на улицу.
Ручная олениха стояла на дороге. Я безрезультатно попытался оттолкнуть
ее, затем обошел, направился в Индиан Хед и сел в машину.
На восточной окраине поселка находилась заправочная станция. Я залил
полный бак бензина и спросил, как доехать до Болл Сейдж Пойнта.
- Очень легко...
ресурс Грин Александр Степанович
