 |
В центре каждого стола имелись стеклянные сахарница, солонка и перечница. В дальнем конце помещения находилась стойка в пояс высотой, за..
Птица явно не английская, подумал Дэвид. Но сам то он англичанин, и не к лицу ему бояться какой то собаки. Надо действовать. Не может же он… Дэвид вернулся к машине, ..
Они шли, а Пол не отрывал от нее глаз. Знакомое, удлиненное лицо, оченьзнакомый рот, как всегда с избытком помады на губах, маленькие з..
Смотрите также:
Николай Тарасенко. Виртуальный литературно - мемориальный музей А. С. Грина
Жизнь и творчество Александра Грина
Маргарита Переслегина. Грин А. С.
Мечта - могучая творящая сила (По повести-феерии А. Грина "Алые паруса")
Черты романтизма в одном из произведений русской литературы XX века
Вы читаете «Гранька и его сын», страница 1 (прочитано 0%)
«Слепой Дей Канет», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Состязание в Лиссе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белый шар», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Слабость Даниэля Хортона», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Баталист Шуан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Судьба, взятая за рога», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Таинственная пластинка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Возвращенный ад», закладка на странице 10 (прочитано 43%)
I
Щучий жор достиг своего зенита, когда Гранька, работая кормовым веслом,
обогнул излучину озера, время от времени вытаскивая на прыгающей, как
струна, лесе хищных, зубастых и мудрых щук, погнавшихся за иллюзией, то есть
оловянной блесной. Гранька глушил рыбу деревянной черпалкой, бросал на дно
лодки, где в мутной луже, черневшая серебром, змеилась гора щук, больших и
маленьких; осматривал бечевку с блесной и гнал лодку дальше, пока леса,
резнув руку, не телеграфировала из-под воды, что новая добыча проглотила
крючок.
Внешность мужика Граньки не заключала в себе ничего мальчишеского, как
можно было бы думать по уменьшительному его имени. Волосатый, с голой,
коричневой от загара и грязи грудью, босой, без шапки, одетый в пестрядинную
рубаху и такие же коротенькие штаны, он сильно напоминал заматерелого в
ремесле нищего. Мутные, больные от блеска воды и снега глаза его приобрели к
старости выражение подозрительной нелюдимости. Гранька бежал к озерам
тридцати лет, после пожара, от которого благодаря охотничьей страсти ему
удалось лишь сохранить самолов да пару удилищ. Жена Граньки ранее того
опилась молоком и умерла, а сын, твердо сказав отцу: "С тобой либо пропасть,
либо чертей тешить, не обессудь, тятя", - ушел в губернию двенадцатилетним
мальчишкой в парикмахерскую Костанжогло, а оттуда скрылся неизвестно куда,
стащив бритву.
Гранька, как настоящий язычник, верил в бога по-своему, то есть наряду
с крестами, образами и колокольнями видел еще множество богов темных и
светлых. Восход солнца занимал в его религиозном ощущении такое же место,
как Иисус Христос, а лес, полный озер, был воплощением дьявольского и
божественного начала, смотря по тому, - был ли ясный весенний день или
страшная осенняя ночь. Белая лошадь-оборотень часто дразнила его хвостом,
но, пользуясь сумерками леса, превращалась на расстоянии десяти шагов в
березовый пень и белую моховую лужайку. Ловя рыбу, мужик знал очень хорошо,
почему иногда, в безветрие, ходуном ходит камыш, а окуни выскакивают наверх.
Гранька жил при озере двадцать лет, продавая рыбу в базарные дни у городской
церкви, где бесчисленные полудикие собаки хватают мясо с лотков, а бабы,
таская в расписных туесах сметану, размешивают ее пальцем, любезно предлагая
захожему чиновнику пробовать, пока не облизала палец сама.
Тусклый предвечерний туман с красным ядром солнца над лесистыми
островами скрыл водяную даль, погнав Граньку к избе. Промысловая изба его
стояла на болотистом, утоптанном городскими охотниками мыску, в грандиозной
панораме лесных трущоб, островов и водяных просторов, зеленых от саженного
тростника; избу трудно было заметить неопытным в этих местах глазом. Выезжая
к избе, Гранька через камни увидел оглобли и передок телеги, тут же мотался
хвост скрытой кустами лошади.
Тем временем:
... - Ну, хватит обо мне.
Расскажи, что там у вас делается. Как ты себя чувствуешь?
"У Вас идеальное здоровье, Дорис". Это слова доктора Раша. "Вы
доживете до 100 лет". Вот ирония жизни. - Я чудесно себя чувствую. - Так
тебе и надо.
- Не обзавелась еще приятелем? - поддразнила ее Трейси.
С тех пор, как пять лет назад отец Трейси умер, Дорис Уитни даже
слышать не хотела о другом мужчине, несмотря на согласие дочери.
- Нет никаких приятелей, - она переменила тему разговора. - Как твоя
работа? Все еще радует тебя?
- Мне нравится. Чарльз считает, что после нашей свадьбы мне не стоит
работать.
- Отлично, детка. Приятно слышать такое благоразумное мнение, он
настоящий мужчина.
- Он такой. Ты скоро убедишься в этом сама.
Раздался раскат грома, подобно закулисному гонгу. Время. Сказать
больше нечего, кроме прощальных слов.
- До свидания, дорогая, - она постаралась, чтобы ее голос звучал
ласково и заботливо.
- Я увижу тебя на свадьбе, мамочка. Как только мы с Чарльзом будем
знать день, я сразу же позвоню тебе.
Осталось только сказать заключительную фразу:
- Я люблю тебя, очень, Трейси, - и Дорис Уитни осторожно положила на
место телефонную трубку.
Она подняла пистолет. Был только один способ сделать это. Быстро
прислонив пистолет к виску, она нажала на курок.
2
Филадельфия. Пятница, 21 февраля - 8...
ресурс Грин Александр Степанович
